Но те же авторы в той же книге утверждают, опять же курсивом: «Марксистская вера полностью отличается от религиозной веры; последняя основывается только на желании и традиции; первая основывается на научном анализе объективной реальности». Это представляется противоречащим тому, что они говорят об интеллекте, если только они на самом деле не имеют в виду, что интеллект не принимал участия в их обращении в марксистскую веру. В любом случае, поскольку они признают, что возможен «научный анализ объективной реальности», они должны признать, что можно иметь мнения, рациональные в объективном смысле.
Более эрудированных авторов, тех, кто отстаивает иррационалистскуто точку зрения, таких, как философы-прагматисты, не так легко опровергнуть. Они утверждают, что не существует такой вещи, как объективный факт, которому должны соответствовать наши мнения, если они считаются истинными. Для них мнения – только орудия в борьбе за существование, и те из них, которые помогают человеку выжить, будут называться «истинными». Этот взгляд преобладал в Японии в VI в. н. э., когда буддизм впервые достиг этой страны. Правительство, сомневаясь в истинности новой религии, приказало одному из придворных принять ее экспериментально; если он преуспеет более чем остальные, религию примут как универсальную. Этот метод (модифицированный для нашего времени) отстаивается прагматистами по отношению ко всем религиозным спорам; но я еще не слышал от кого-либо заявления, что он обратился в иудейскую веру, хотя кажется, что она ведет к процветанию быстрее, чем какая-либо другая.